Том Шервуд



Том Шервуд
Владимир Ковалевский
Книги Тома Шервуда
Статьи о Шервуде
Иллюстрации
Гостевая


Книги Тома Шервуда. Остров Локк


ГЛАВА XIII. ПЕТЛЯ ДАНИЭЛЯ

ПЕТЛЯ ДАНИЭЛЯ

Через полчаса закончились все волнения. С промытой и перевязанной раной я стоял на террасе, у пушки. На лестнице, чуть ниже сгоревшей вязанки, было сложено оружие. Мушкет, ружьё, пистолеты, шпаги. Ещё ниже, у самых деревьев, понуро переминались с ноги на ногу пятеро пиратов. Впереди всех стоял связанный Стив. Без треуголки, волосы всклокочены, камзол нечист и изодран.

Бэнсон, хмурый и грозный, сгрёб в охапку и притащил оружие наверх. Следом потопала понурая компания.

Всех заперли в комнате с Даниэлем. Стива, не развязывая, усадили на пустой бочонок возле Жука. Джейк нацепил на палку белый лоскут, вышел на террасу и принялся размахивать им из стороны в сторону. Это был сигнал. Плоты медленно двинулись к берегу.

Оружие было возвращено всё, кроме толстого двуствольного пистолета. Стив зашвырнул его в озеро, когда пираты решили отдать оружие. (После этого его и связали.) Мне показали место, куда он выбросил пистолет, и я хорошо всё запомнил, надеясь отыскать его на дне.

Когда я вернулся в дом, там царил переполох.

— Стив прыгнул с обрыва! — сообщил мне Джейк. — Прямо вниз, в воду!

Возле бочонка лежала связывавшая его верёвка, а ярдах в ста от нас в океане плыл сам беглец. Он направлялся к большому острову.

— Если побежим к шлюпке, может, успеем догнать? — предложил кто-то.

— Не стоит усилий, — не оборачиваясь, отозвался я. — Может, даже и к лучшему. Тюрьму не надо строить.

И мы занялись судьбою пиратов.

Пленных усадили в шлюпку, на вёсла. Бэнсон и я с заряженными пистолетами сели на корме у руля. На носу расположились Джейк, Джоб, Робертсон и перевязанный Даниэль. (Он умолял нас не отправлять его вместе с пиратами, клялся, что никогда больше не заслужит ни одного упрёка. Матросы, однако, настояли, чтобы сейчас взять его с собой.)

Я спросил, как его заставили совершить предательство. Убитым голосом, не поднимая глаз, он ответил, что сам пошёл на это.

— Хотел есть досыта и не работать больше, — признался он.

Эта честность решила его судьбу.

— Останешься с нами, — согласился я. — По крайней мере, до тех пор, пока не поправишься.

Нох и Оллиройс оставались в крепости.

Мы причалили к тому самому месту, напротив родника, где я останавливался тайком, ночью, когда запасался водой. Пираты попрыгали в воду, втащили на берег нос шлюпки, вынесли вёсла. Мы пересекли песчаный пляж и вошли в заросли. Десяток шагов — и вот он, ненужный, бессмысленный форт. Узкое окно, под ним — пара камней, служащих ступенями, — чтобы влезать внутрь. Внутри темно, сыро. Отчётливо пахнет плесенью.

Герберт, Хокс, Готлиб и маленький, с синим, разбитым лицом Глэг уселись под стеной, такие же мрачные, как и их бессмысленный форт. Я сказал им:

— Снимите брёвна с крыши, два или три. Под этим проёмом выложите очаг, кирпичи вам привезём. Поделимся и досками — сделаете себе нормальный пол, иначе у вас здесь будут и мокрицы, и пауки, и земляные блохи.

Мы вынесли на берег две пилы, лом, три лопаты, ящик с солью, бочонок с зерном.

— Рубите деревья, — сказал я пиратам, — жгите их, расчищайте поле. Посеете зерно — будете с хлебом, ведь сухари у вас уже кончились?

— Иначе зачем бы мы к вам заявились, — хмуро отозвался Герберт.

Я покопался в шлюпке, вынес ещё связку гвоздей, точильный брусок, мыло. И за всем этим не заметил, как матросы вместе с Даниэлем скрылись в лесу. В тревоге поспешив по их следам, я услышал голоса, а вскоре заметил и их самих, на крохотной тенистой полянке. Там росло могучее дерево, громадный сук его протянулся через всю поляну. На нём висела, зловеще покачиваясь, завязанная в петлю верёвка. Под ней, на перевёрнутом вверх дном бочонке стоял белый, как полотно, Даниэль.

Первым моим побуждением было броситься к ним, но слова Робертсона остановили меня.

— Простили тебя, гад. Повезло. Но знай, что мы ничего не забыли. Эта петля останется здесь висеть, и мы — Робертсон, Джоб, Джейк — клянёмся, что при новом твоём гнусном поступке привезём тебя сюда и повесим.

Я понял, что смерть не грозит Даниэлю. Во всяком случае, не сегодня. Попятившись, я отошёл от них и незаметно вернулся к форту.

Ещё одно обстоятельство задержало нас ненадолго. Кремень, огниво и трут хранились у Стива, костёр же возле форта, в котором поддерживали огонь со времени нашего прибытия на остров, давно погас. Набрав сучьев, я положил под них сухой травы и освободил один пистолет от пули, оставив в стволе только клок войлока, которым уплотнял порох. Выстрелил в эту кучу, и дымящийся пыж хлестнул в сухие былинки, намотав их на себя. Я осторожно подул на дымок сбоку, войлочно-травяной ком скорчился, потемнел и — вспыхнул. Огонёк быстро перетёк на сухие ветки.

— Прощайте, джентльмены Фортуны, — сказал я, и мы отплыли.

Закончилась наша маленькая, но жестокая, злая война.



назад
содержание
вперёд

Том Шервуд

Rambler's Top100








© Том Шервуд. © «Memories». Сайт строил Bujhm.